Педофилы из Светлогорского района и их жертвы

456
 

ребенок, рука, педофилОб ужесточении ответственности за педофилию у нас говорят не первый год. Однако, по мнению экспертов, законодательство остаётся пока самым мягким среди европейских и постсоветских стран.

К счастью, эта тема перестаёт быть табуированной в нашем обществе. И мы иногда слышим о разоблачённых педофилах. Хотелось бы слышать и об ужесточении их ответственности перед законом и людьми.

Поводом для нынешнего специального репортажа стало решение суда в отношении одного из фигурантов громкого дела. Ещё в январе мы рассказывали о том, что его 60-летний подельник был осуждён. А вот второго – 44-летнего – суд признал невменяемым на момент совершения развратных действий. Жертвами этих извращенцев стали сотни детей и подростков. Впрочем, наверное, даже неважно, искалечил педофил одну или тысячи судеб. Об украденном детстве, подорванном доверии и равнодушии близких.

…После учёбы 17-летняя Алиса не спешит в общежитие. Ждёт, пока с уроков вернутся другие девочки. Надолго оставаться в комнате одной ей страшно. Ещё она почти не разговаривает с юношами, а если случайно остаётся с ними наедине, руки начинают предательски дрожать. Есть ещё одна черта, которая отличает Алису от сверстниц – она не улыбается. Никогда. Её главное желание – избавится от страха. Именно поэтому она и согласилась на откровенное интервью.

Алиса Горевая, жертва педофила: «Мы тогда поехали на поле кукурузу собирать, и он ко мне начал приставать. Всё болело. Мне было одиннадцать».

На протяжении четырёх лет эту девочку насиловал… приёмный отец. Изувер измывался не только над ней. Семью с 16 детьми педофил превратил в гарем. Он насиловал и приёмных детей, и свою родную дочь. Услышав фамилию Лозовик, в деревне Козловка, что на Гомельщине, многие жители в страхе захлопывают двери. О том, что за стенами небольшого дома происходило что-то неладное, в деревне догадывались. Но, конечно, и представить себе не могли, что там происходит на самом деле.



 

Дети уверяют, что жаловались на насильника приёмной матери, но она кулаками заставляла их молчать.

Надежда Дударенко, соседка: «Девочка приходила, просила забрать к себе, говорила, что дома очень плохо. Я директору в школу звонила, в опекунские органы…»

Девочки приходили в школу в синяках, с заплаканными потухшими глазами. Пересилив страх, они однажды решились рассказать учителям о том, что же происходит дома.

Алиса Горевая, жертва педофила: «Мы ещё директору рассказывали. Не я, конечно, моя сестра. Потом её били за это, что она рассказывала. Она потом рассказывала учительнице, а учительница рассказывала приёмным родителям. Ну, а потом я стала пропускать занятия, в больницу ходить, чтобы меня положили, как-нибудь так избежать этого, меня отправили в психбольницу. Я говорила им, а мне не верили».

Тем временем органы опеки вручали приёмным родителям почётные грамоты, а местные газеты писали о них хвалебные статьи, о том, как Анатолий Лозовик вышивает крестиком и очень любит приёмных детей. Подробности этой странной любви раскрылись только через несколько лет, когда 15-летняя Алиса забеременела. На вопрос врача, кто отец, девочка ответила: мой папа. А дальше было расследование – и новые чудовищные подробности. Оказалось, педофил позволял насиловать девочек и своему родному 16-летнему сыну.

Алиса Горевая, жертва педофила: «Мою сестру насиловал и ещё одну девочку маленькую, ну, не самую маленькую, а пятилетнюю».

Суд отправил Анатолия Лозовика за решётку на 15 лет, его сына – на 9. Жена осталась на свободе. На суде Тамара Лозовик клятвенно уверяла, что даже не подозревала о проделках мужа. Но приёмных детей у 54-летней женщины всё же забрали…

Максим, жертва педофила: «Ну, пытался, как сказать, в ширинку залезть. Говорит, типа, не бойся, не бойся. Ему говоришь – руки убери, а он такой настырный. Стыдно, что и не рассказать толком никому».

Максим стал жертвой столичных педофилов-тысячников. Именно так их прозвали из-за большого количества жертв. Страшная история, о которой «Контуры» рассказывали в начале года, началась в подвале, где двое извращенцев, которым сейчас 60 и 44, открыли псевдоспортивную секцию. Шведская стенка, турник, плакаты на стене и велосипеды – всё это было лишь прикрытием. Своих жертв «педотренеры» высматривали прямо на улицах города, обещая радужные перспективы в спорте. Вскоре родители сами стали приводить сюда своих детей, даже не подозревая, какие упражнения их ожидают. К каждому ребёнку злоумышленники пытались найти нужный подход. И убеждали, что все великие спортсмены – гомосексуалисты, и начинать свою карьеру необходимо с однополых утех. Того, кто не соглашался добровольно вступать в интимную связь, насиловали, угрожая рассказать об этом родителям и сверстникам. Из-за одного подростка педофилы даже поссорились. Ревность расколола их тандем, после чего извращенцы поделили город на сферы влияния. Один продолжил работать в одиночку. А второй, его зовут Олег Коменда, нашёл себе серьёзного покровителя и новый офис.

Огромный дом площадью более 1000 квадратных метров находится в одном из элитных коттеджных посёлков под Минском. Несовершеннолетних мальчиков сюда привозили, обещая щедро заплатить за помощь в ремонте. Дети, многие из которых были сиротами, восхищались роскошью дворца. Но за его фасадом начиналась другая, совсем не сказочная жизнь.

Владелец коттеджа какое-то время работал высокопоставленным чиновником, а после того как уволился, организовал благотворительный фонд помощи детям. Как им здесь помогали, Максим знает в подробностях, о которых по морально-этическим соображениям, в телеэфире не расскажешь.

Максим, жертва педофила: «Шли с мыслями на работу, насчёт работы договариваться. Олег, получается, водил и из обычных семей, и из детских домов».

Почти все пострадавшие дети и подростки боялись рассказывать о том, что с ними сделали. А тому, кто всё же говорил – не верили. Преступная нить закручивалась годами, поэтому разматывать клубок оперативникам было крайне сложно. Шокированные матери изнасилованных мальчиков на допросах теряли сознание. Отцы рыдали, сжимая кулаки. По делу проходили сотни потерпевших. Многие из них отказались давать показания: к этому моменту они стали взрослыми людьми, обзавелись семьями – боялись огласки. И воспоминаний. Первым перед судом предстал 60-летний мужчина, в последние годы педофил-одиночка. Показания 80 изнасилованных мальчиков стоили ему 17 лет колонии строгого режима. На сегодня это максимальный приговор, вынесенный в Беларуси педофилу. И то – по совокупности преступлений.

Настала очередь и его бывшего сообщника – того самого Олега Коменды. Но как только задержали владельца подозрительного коттеджа, куда и приводил мальчиков Коменда, и провели очную ставку, – стали происходить странные вещи. Оперативник, который вёл это дело, уволился и уехал из страны. От встреч и комментариев категорически отказывается, ссылаясь на подписку о неразглашении подробностей этого дела.

А Коменду суд Заводского района Минска признал на момент совершения развратных действий невменяемым. Хотя раньше врачи не сомневались в его полном душевном здравии. По неофициальным данным, один из его сокамерников якобы написал заявление о том, что не лишённый актерских способностей Коменда просто-напросто разыграл спектакль с помешательством. Заседание по делу было закрытым. Приговор никто не комментирует. Ни суд. Ни медэксперты. Видимо, это действительно тайна, как можно установить невменяемость спустя 5 лет или 10 лет после того, как произошли эти, с позволения сказать, неконтролируемые действия…

Между тем правозащитники заговорили о высоких покровителях и даже некоем педофильском лобби.

Андрей Маханько, председатель правления международного общественного объединения «Понимание»: «У меня как у гражданина и общественного активиста вызывает определённые вопросы это решение. На самом деле все научные исследования показывают, что педофилы отдают отчёт своим действиям, и сказать о том, что это психическое расстройство, на мой взгляд, затруднительно. Человек, который бравировал своими деяниями, человек, который вёл записи своих жертв, возраста, контактные данные и всё остальное, человек, который хладнокровно относился к своим жертвам. Я считаю, что этот человек пренебрегает всеми моральными ценностями, которые есть в обществе. Хотелось бы, чтобы этот человек получил заслуженное наказание, чтобы он сидел в тюрьме».

Милиционеры не могут комментировать решение суда, но своего отношения к преступникам такого рода не скрывают. Олег Коменда ранее уже отбывал наказание за педофилию, и если ему удастся снова выйти на свободу – последствия предугадать не сложно.

Сергей Колтун, заместитель начальника Главного управления по наркоконтролю и противодействию торговле людьми МВД Беларуси: «Я рассматриваю этих людей не с медикаментозной точки зрения, а с правовой. Я считаю, что если человек совершил преступление, наказание должно быть неотвратимым».

Говорят, возле дома, ставшего детским кошмаром, не раз видели представительские джипы. О причастности их хозяев к громкому делу пока остаётся лишь догадываться. Тем более, расследование дела в отношении владельца коттеджа ещё продолжается. Но по опыту работы оперативников, в рядах педофилов нередко попадаются представители самых разных профессий.

Сергей Колтун, заместитель начальника Главного управления МВД Беларуси: «Только в текущем году нашими сотрудниками выявлено 105 преступлений данной категории, пресечена деятельность 58 педофилов. В Минске на 10 лет осуждён художник, который под предлогом занятий изобразительным искусством на дому совершал сексуальные насильственные действия в отношении малолетних детей. Аналогичный случай в Лидском районе. Мужчина, занимаясь репетиторством по английскому языку, развращал и насиловал малолетних детей. Встречаются вполне благопристойные с виду граждане. Люди культуры, искусства, педагоги, врачи».

Согласно опросам общественного мнения, более 70% белорусов выступают за более жёсткие меры в отношении педофилов – вплоть до химической кастрации и даже смертной казни. У врачей мнение неоднозначное. Некоторые специалисты предупреждают, что после кастрации эти люди, не имея выхода для больной энергетики, могут превратиться в маньяков. И начнут убивать. Сейчас парламентарии готовят новый закон, который, в первую очередь, увеличит срок заключения для педофилов. И возможно, наказуемым, как во многих странах, станет даже грумминг – то есть развращение, склонение ребёнка к сексуальным действиям.

Законодательно изменится и процесс следствия. Ведь даже количество допросов – а сегодня ребёнка-жертву опрашивают в среднем 5 раз – это очень много для травмированной психики. В стране уже создано 17 так называемых дружественных детям комнат опроса, в которых вместе с сотрудниками правоохранительных органов работает профессиональный психолог, который предельно аккуратно задаёт правильные вопросы. Этот механизм утверждён методическими рекомендациями Следственного комитета, и сейчас процедуру должны закрепить на законодательном уровне.

Правда, об ужесточении закона говорят уже больше трёх лет. Хотя и МВД, и прокуратура тоже ратуют за ужесточение наказания. Ведь на деле, по непонятным причинам, белорусское законодательство пока остаётся одним из самых мягких среди европейских и постсоветских стран. В Беларуси, согласно Уголовному кодексу, изнасилование заведомо несовершеннолетнего карается лишением свободы на срок от 5 до 13 лет. За изнасилование малолетнего можно отделаться 8 годами. А за развратные действия – максимум 5 лет, такой же и срок давности. Изнасилование заведомо малолетнего наказывается лишением свободы от 8 до 15 лет. Такие же сроки грозят за мужеложство в отношении заведомо малолетнего. Остальные «половые» преступления – включая половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим 16 лет, развратные действия, а также понуждение – относятся к категории менее тяжких; за них максимальный срок наказания – 5 лет, такой же и срок давности.

Андрей Маханько, председатель правления международного общественного объединения «Понимание»: «Самое главное – это контроль, контроль и ещё раз контроль. В том числе и за освобождёнными из мест лишения свободы. Прозвучала новость о создании в Беларуси банка ДНК. Было бы здорово, чтобы лидеры общественного мнения завтра заявили: я иду сдавать ДНК. Если всё общество согласится с таким решением, тогда мы сможем вычислить и педофилов, и других преступников».

Ведь оставленный на месте преступления любой биологический материал – волос, кровь, кусочки кожи – при наличии базы ДНК помогут идентифицировать преступника за несколько часов.

Чёткие действия милиции нужны и в Интернете, ведь около 80% педофилов сегодня ищут своих жертв через социальные сети. Например, таким образом главный редактор одной из брестских газет приглашал на встречи и растлевал несовершеннолетних ребят. Правда, придя на очередное свидание, он столкнулся с родственниками и знакомыми потенциальной жертвы. Ни показаний свидетелей, ни откровенной переписки с мальчиком для возбуждения уголовного дела местным милиционерам по нынешнему закону не хватило. Хотя, по требованию прокуратуры, дело пересматривали. Но тот человек остаётся на свободе.

К сожалению, полностью оградить ребёнка от риска столкнуться с педофилом невозможно. Поэтому психологи утверждают – ребёнка нужно готовить к подобной экстремальной ситуации с самого раннего возраста.

Диана Комлач, психолог: «Педофилы часто на этом играют, что это стыдно, почему дети не рассказывают ничего. Стыдно и боятся наказания. Вот здесь родители должны объяснять – ничего не бойтесь, всё рассказывайте нам».

Так, в феврале этого года в Гомельском районе милиционеры по горячим следам задержали мужчину, который представился сотрудником милиции двум 10-летним мальчикам, затащил их в машину и повёз в лес. Где и надругался над ними. Правда, по возвращении мальчики сразу же всё рассказали родителям. Те позвонили в милицию. Педофила задержали в тот же вечер.

Что же касается признанного невменяемым Коменды, узнать, будет ли кто-то обжаловать приговор, нам не удалось. Так что вместо тюрьмы этот человек, скорее всего, оправится на принудительное лечение… Вернётся ли он оттуда в зал суда? Или на свободу? Впрочем, история знает и случаи, когда подобные преступники превращались в живой «овощ» и оставались в закрытой клинике до смерти. Как сложится судьба Коменды? Ответа на этот вопрос пока нет.

Алиса Горевая с нетерпением ждёт зимних каникул, когда она сможет поехать в Гомель, чтобы навестить в детском доме свою дочь.

Алиса Горевая, жертва педофила: «За год только два раза навестила, меня туда не возят».

Молодая мама мечтает о том времени, когда они с дочкой будут вместе. После совершеннолетия Алиса собирается найти работу и забрать дочь из приюта. И с содроганием представляет, что её девочка, пусть и рождённая в результате страшного преступления, может испытать такой же кошмар, какой пришлось пережить ей самой.

Источник: ОНТ. Фото: news.уkt.rи.